Таня Воробей: "ОТКРЫВАЕШЬ КНИГУ – НАЧИНАЕТСЯ ВОЛШЕБСТВО"
Любишь читать истории о своих сверстниках? О любви, о непростых отношениях с родителями и одноклассниками, о проблемах, так похожих на твои... тогда книги Тани воробей – для тебя!
– Раньше вы сочиняли романы для девушек в соавторстве с еще одной писательницей, Елизаветой Кулиевой, и вас знали под общим псевдонимом Сестры Воробей. Почему ваш «дуэт» распался?
– Дуэт распался, а союз – нет. Мы с Лизой по-прежнему тесно дружим, просто наши творческие пути разошлись. И это естественно, человек растет, меняется, и ему становится тесно, требуется все больше пространства. А потом, ведь наше родство – мистификация: в этом был определенный игровой момент, своего рода ребячливость. А теперь хочется быть серьезнее.
– Кстати, интересно, как вы работали вместе? Кто-то писал одну книгу, кто-то – другую?
– Только первую книгу мы написали вместе, но оказалось, что это ой как непросто. Ведь у каждого свой стиль, свой взгляд на вещи, свое отношение к героям. Приходилось спорить, доказывать, убеждать друг друга. А потом мы поступили так: поделили между собой героев и стали их «вести» по жизни. Наши герои учились в одном классе, и мы часто говорили о них так, как если бы это были наши добрые знакомые. «Ну, что там у тебя?» – спрашивала Лиза, и я рассказывала ей о злоключениях своих героев. «Да-да-да, я всегда подозревала, что они должны расстаться», – говорила Лиза. Это было очень увлекательной игрой: мы придумали мир, и вдруг его обитатели зашумели, заговорили, и нам оставалось только сидеть и записывать.
– Как получилось, что вы стали писать именно для девушек?
– Наверное, я слишком хорошо помню саму себя в этом возрасте. Тогда мне ужасно хотелось почитать чего-нибудь о себе любимой. Хотелось узнать себя в книжной героине, чтобы почувствовать: я не одна, есть кто-то, кто дышит со мной в такт. Помните, как в «Маугли»: «Мы с тобой одной крови – ты и я»? И то, что я пишу именно для девушек, – это попытка протянуть руку тем, кто чувствует себя одиноко.
– Ваши книги, которые выходят в серии «Мой первый роман», рассчитаны на читательниц того же возраста, что и романы Сестер Воробей?
– Да, но мне трудно определить этот возраст в цифрах. Главное – эти книги для тех, кто еще не успел забыть свою первую любовь. Для тех, кто иногда по-прежнему летает во сне. Для тех, кто ушел из детства, а взрослым еще не стал. Наверное, эти книги можно назвать молодежными. Мир моих новых героев имеет много точек соприкосновения с миром Сестер Воробей.
– Какие-то эпизоды ваших книг берутся из жизни, из собственного детства?
– Я всегда пишу о себе и почти никогда про себя. Мои герои – это мои друзья и недруги, те, кого любила я и кто любил меня. Но обстоятельства, разговоры, отношения – в них очень мало правды, это же не документальный отчет. Вот, например, в шестом классе я была влюблена в старшеклассника Тимошкина. Знаете, как бывает, когда все в школе влюбляются в кого-то одного? Что-то вроде массового психоза. А Тимошкин меня не замечал. То есть не замечал так, как мне бы этого хотелось. И более того, начал встречаться с моей лучшей подругой. А потом прошли годы, и теперь мы с ним дружим. И в своем новом романе «Ведьма» я вывела его главным героем, все, что о нем думала, написала, даже фамилию не изменила. Он когда об этом узнал, умолял: «Не руби с плеча! Прости, если чем обидел!» А я на это ответила: «Ты меня в детстве не любил, слова обидные говорил. А теперь пришло мое время высказаться!» Но это, конечно, шутки, романом он остался доволен, потому что нельзя обижать того, кого когда-то любил, пусть даже очень давно.
– Детективов и фантастики для детей на прилавках книжных магазинов сейчас немало, а вот историй о любви, о школьной жизни, о повседневных проблемах практически нет. Почему так?
– На мой взгляд, детективы и фантастика – жанры, построенные на внешних эффектах. А жизненные истории об отношениях людей – дело внутреннее, они должны быть гораздо глубже. Книги о человеческих отношениях требуют соавторства со стороны читателей: они должны проходить вместе с героями их путь, сопереживать им, а это труд.
– Книги для подростков и о подростках, как правило, показывают, что из любой, даже оч-чень сложной, жизненной ситуации есть выход. Можно ли благодаря таким романам отыскать решение какой-то проблемы в реальности (например, в отношениях с мальчиками, в конфликтах с родителями и т.д.)?
– Конечно! Ведь когда открываешь книгу – тут-то и начинается волшебство, иначе это и назвать нельзя. Но ответы на волнующие вопросы не с потолка падают, а приходят исподволь, надо только вчитаться, включиться в поток чужой жизни, и обязательно выудишь что-нибудь важное для себя. Правда, короткого и емкого рецепта ждать не советую – не бывает таких рецептов в сердечных делах. Но кое-какие подсказки для зорких глаз расставлены, и это уже дело читателя – по тайным знакам выйти на правильную дорогу.
– У нас в «Марусе» есть литературный конкурс, и многие девушки присылают нам свои рассказы – писем приходят целые тонны. Что бы вы могли посоветовать будущим писательницам?
– Во-первых, я бы посоветовала писать о том, что они знают. Рассказывать не об Ангелах Смерти, о Чудовищных Катастрофах и Мировом Зле, а о том, что тебя окружает, но стараться в обычных вещах разглядеть тайну. А для этого нужно внимательно смотреть по сторонам, приглядываться к людям, прислушиваться к чужим историям. Выло бы очень неплохо завести писательский дневник – маленькую такую тетрадочку – и всегда носить ее с собой, чтобы при случае записать пришедший на ум образ или оригинальную мысль. Иначе разбегутся все удачные фразы, как зайцы от лесного пожара. Во-вторых, надо постараться писать о том, что по-настоящему волнует, но не о себе. Так, чтобы не утонуть в милых сердцу мелочах и подробностях, которые могут быть совсем неинтересны окружающим. Нужно подняться над своей, личной историей и понять: что в ней является общим для всех людей? Каждый, кто читает твою рукопись, должен почувствовать: «Это про меня! Я точно так же думал, только не знал, как написать, слов не мог подобрать!» Ну, а в-третьих, очень желательно показывать свои рассказы друзьям, родителям и знакомым, чтобы узнать их мнение. Предупреждаю: иногда это бывает очень болезненно, особенно если ты нетерпима ко всякой критике. Но ты должна помнить, что, во-первых, люди могут заблуждаться, а во-вторых, не ошибается только тот, кто ничего не делает. Даже очень талантливые люди в начале пути получали щелчки и затрещины, и ничего – только сильнее стали. А сидеть, как мышка, в своем уголке, писать стихи или прозу, считать себя гениальной и никому ни за что не показывать свои произведения – это путь тупиковый. Так что будь смелее – смелость города берет.
Екатерина СКОБЕЛЕВА, Журнал «Маруся», апрель 2004 Автор благодарит издательство «Глобулус» за помощь в подготовке материала.
