Книга Льва шильника – увлекательный путеводитель по тайнам нашей психики. Выдержанные в строго научном ключе. Как отмечает автор, книга «недвусмысленно исповедует так называемую центральную догму нейробиологии, которая гласит, что вся наша психическая деятельность так или иначе является отражением процессов, протекающих в определенных мозговых структурах». Вот только очень часто нейробиология не всегда знает, как и где протекают эти процессы.
Взять память – никто с уверенностью не может сказать, каким образом осуществляется хранение информации у нас в голове. И каков, условно говоря, объем этой памяти. Понятно, что с точностью до мегабайта никто и не берется его определять, но все же – где пределы? Оказывается, их вовсе нет. Или они теряются где-то в бесконечности. Шильник подробно рассказывает о так называемом феномене Шерешевского – молодого репортера, жаловавшегося на слишком хорошую память. С такой жалобой он обратился к знаменитому психологу Александру Лурии. Тот начал обычную проверку – «и неожиданно ощутил, что в кабинете явственно запахло серой». Память Шерешевского не имела пределов, собственно, главное, о чем он мечтал, научиться хоть что-нибудь забывать. Не удалось. Равным образом и ученым не удалось установить, где все-таки хранятся воспоминания и почему в каких-то случаях их удается извлечь (известна история о каменщике, который под гипнозом описал все особенности стены, которую он выкладывал 20 лет назад, до последней щербинки), а в каких-то – нет.
Одна из главных тем книги – биологические корни разума. Говорить об этом долгое время считалось неудобно – мешали религиозные концепции, и неосознанное представление человека венцом творения, свойственное порой даже отъявленным материалистам. Между тем глубинные механизмы психики роднят нас с очень далекими животными предками, даже не с обезьяноподобными – следы уходят намного глубже эпохи динозавров. Фактически мы унаследовали от своих предков огромное количество разнообразных врожденных программ, которые функционируют в автоматическом режиме. Иные довольно понятны - те, что обеспечивают важнейшие физиологические функции, о других мы пока можем только догадываться. Среди таких врожденных программ, по-видимому, и программа обеспечивающая запечатление речи, и еще более фундаментальная, обеспечивающая наше восприятие мира посредством зрения.
В заключительных главах книги Шильник касается феномена сна, истинное назначение которого – «до сих пор тайна за семью печатями». Еще сложнее – феномен сновидений: ведь порой во сне люди ведут настоящую «вторую жизнь», а уж с эффектом сжатия времени во сне знакомы практически все. Вот только нет ответа – для чего все это и почему человек погибает, если лишить его сна?
